Штраф по цессии


«Уступка прав требования: самые популярные вопросы»

Вернуться на главную

Заказать судебное представительство в арбитражных и районных судах Заказать

Уступка прав требования: самые популярные вопросы

Уступка прав требования, или так называемая цессия – один из самых распространенных договоров в коммерческой практике. Этот договор применяется тогда, когда кредитору нужно перевести имеющийся перед ним долг на кого-то ещё. Проше говоря, Саша должен Пети, цессия нужна Пети для того, что бы долг был уплачен его другу Коле. Но, это очень утрированный пример, в жизни не всё так просто, к профессиональным юристам возникает огромное множество вопросов по поводу уступки прав требования, ответы на некоторые из них Вы найдете здесь.

1. Является ли действительным договор уступки прав требования, если судом признан недействительным договор, из которого возникла задолженность?

Данный вопрос кажется очень оторванным от реальности, но это не совсем так. Скажем, имеется договор купли-продажи офисного помещения на условиях рассрочки или отсрочки. Задолженность была уступлена Покупателем третьему лицу по договору цессии. Через некоторое время суд признает договор купли-продажи недействительным (причина недействительности в данном случае не имеет значения), может ли третье лицо привлечь к ответственности Цедента (Покупателя)? Ответ на этот вопрос зависит от того, считать ли договор цессии недействительной сделкой. В свое время Президиум ВАС РФ в своем информационном письме, посвященном главе 24 ГК РФ, ответил на этот вопрос отрицательно: недействительность основного договора не порождает недействительность договора уступки прав. Конечно, Цессионарий свой долг (уступленную задолженность) взыскать с Продавца недвижимости не сможет, но зато он сможет взыскать убытки с Цедента. Вот только беда: в наших российских реалиях Цедент и Цессионарий, как правило, взаимозависимые лица.

2. Может ли Банк уступить свои права по кредитному договору другому лицу, например, коллектору?

Может, если такая возможность предусмотрена в кредитном договоре. На практике, Банки всегда прописывают в кредитных договорах свое право передать долг.

3. Может ли страховая компания передать свое право требовать возмещения убытков, полученных в результате суброгации, другому лицу?

Здесь надо пояснить, что такое суброгация. Дело в том, что порча имущества в большинстве случаев происходит по чьей-либо вине. Например, Ваша соседка залила Вам квартиру, значит Ваша соседка виновата в порче застрахованной квартиры. По договору страхования имущества Вам выплатят страховку. Страховая же компания имеет право потребовать с соседке денежные средства, которые Вы получили по страховке. Вот здесь и то возникает вопрос: если залившая Вас соседка становится должна денег страховой компании, то может ли страховая компания передать этот долг тем же коллекторам, которых соседка боится больше, чем страховую компанию? Ответ на этот вопрос положительный. Страховая компания может уступить право требования, полученное в результате суброгации, коллектору или другой страховой компании.

4. Можно ли передать будущее право требования, которого на момент заключения соглашения об уступке права требования, нет?

Гражданский Кодекс прямо разрешает делать такие уступки. К примере, можно уступить право на получение денежных средств за консервы, которое предприятие произведет и продаст в будущем. Но, разумеется, договор должен быть предельно четким, так в нашем примере, нужно обязательно указать, сколько консервных банок продаст завод, по какой цене, какому покупателю, когда и каким образом документально состоится уступка прав.

5. В какой форме заключается соглашение об уступке прав?

В той же, что и основной договор. Если основной договор был нотариально заверен, то и соглашение об уступке должно быть нотариально заверено. Если договор подлежал госрегистрации, то и соглашение подлежит государственной регистрации.

6. Можно ли уступить только часть долга?

Можно. Так Продавец в договоре поставки может часть долга оставить себе, а часть передать другой компании. Вообще частичная уступка всегда возможна, если предмет уступки в принципе делим.

7. Приводит ли уступка долга к замене стороны в договоре?

Нет, не приводит. Уступка прав требований представляет собой замену стороны в обязательстве, а не в договоре. Это очень важно понимать, и вот почему. Если Вам недопоставили товар, то Вы как Покупатель должны предъявить Продавцу требование о допоставке, а так же договорную неустойку. Если же Вы ещё должны (предположим по договору отсрочка платежа – 45 дней) и долг уступлен (Вами получено соответствующее уведомление), то к кому Вам предъявлять претензию, к старому или новому Кредитору? Важно понимать, что такие претензии предъявляются к первоначальному кредитору. Почему? Потому что уступка прав не приводит к замене стороны в договоре. Это хорошо видно на примере договора энергоснабжения. Энегоснабжающая компания может передать право на взыскание задолженности с абонента кому угодно, но она всё равно поставлять абоненту энергию. Здесь ещё важно подчеркнуть один нюанс. Должник имеет право выдвигать против нового кредитора возражения, которые он имел против прежнего кредитора к моменту получения должником уведомления о переходе прав. Если новый кредитор взыскивает долг по договору подряда, заказчик может ссылаться на скрытые недостатки в работах, требовать проведения судебной экспертизы, так как эти скрытые недостатки уже были, когда подписывались Акты выполненных работ. Тем самым Заказчик может снизить сумму, которую с него взыщет суд, или вообще докажет, что из-за некачественной работы подрядчика исковые требования нового кредитора не подлежат удовлетворению. Но Заказчик не имеет право потребовать от нового кредитора устранить эти недостатки, такие требования заказчик должен предъявлять к подрядчику.

8. Как правило, уступка права производится на возмездной основе. А если в договоре уступки прав требований отсутствует условие о вознаграждение, означает ли это, что такая уступка прав требования незаконна?

Нет, такая уступка прав требования с точки гражданского права, является законной. Как правило, все вспоминают о том, что дарение между организациями запрещено, и на этом основании считают, что такая уступка нарушает Закон. Но такое мнение ошибочно, так как в российском гражданском праве существует презумпция возмездности всякого договора. Если в договоре уступки прав, нет указания на вознаграждение, вознаграждение предполагается. В целом, можно констатировать, что судебная практика, начиная с 2006 года, признает такие уступки законными. Уступки прав требования, совершенные за символическое вознаграждение, так же являются действительными.

9. Между Цедентом и Цессионарием заключено соглашение об уступке прав требования. Однако спустя некоторое время, Цедент передумал и не передал Цессионарию документы, подтверждающие наличие перед Цедентом долга. Состоялась ли уступка прав?

Уступка права состоялась, так как передача подтверждающих документов Цессионарию происходит во исполнении уже заключенного соглашения об уступке прав. Уступка права подтверждается или самим Соглашением, или Актом приема-передачи прав, если такой акт предусмотрен Соглашением. Конечно, Цессионарий не сможет взыскать в суде задолженность с контрагента Цедента, поэтому он должен вначале обратиться в суд на самого Цедента с исковым заявлением об истребовании документов. И только после получения всех необходимых бумаг, он сможет заняться взысканием самой задолженности.

10. Может ли соглашение об уступке прав требования быть признанно незаключенным?

Конечно, как и любой договор, соглашение об уступке прав может быть признано незаключенным, хотя на практике это довольно редкие случаи. Так, например, нельзя признать соглашение заключенным, если передаются права кредитора по договору энергоснабжения и в нем не указан конкретный период, за который передается право, сумма задолженности, данные, позволяющие рассчитать сумму задолженности. Одним словом, в договоре цессии должен быть согласован предмет сделки.

11. Если в соглашении об уступке прав требования, указано на уступку основного долга, означает ли это автоматически, что к Цессионарию переходит право взыскивать пени или проценты?

Да, если по договору цессии Вам передан только основной долг, то это означает, что вместе с ним передается и право требования предусмотренных основным договором пени (штрафов) или право на взыскание процентов по ст. 395 ГК РФ. Иное правило может быть установлено договором цессии. В частности, цессия возможно только в отношении неустоек или только в отношении суммы основного долга, но данные моменты должны быть четко прописаны в договоре. Интересно отметить, что если обязательство обеспечено залогом, то и залог переходит к Цессионарию, то есть начинает обеспечивать права требования нового кредитора. Но, разумеется, в ЕГРП, если речь идет об ипотеке, необходимо внести соответствующие изменения.

12. Возможно ли уступить прав требования на возмещение убытков?

Право на возмещение убытков может быть уступлено любому третьему лицу. Это следует из пункта 17 информационного письма ВАС РФ от 30.10.2007 № 120.

13. Поручитель оплатил долг Банку за основного заемщика. Может ли поручитель уступить третьему лицу свое право взыскать долг с заемщика?

Как известно, если поручитель оплачивает долг заемщика, то к нему переходят все права кредитора, включая право на проценты и пени. В свою очередь поручитель имеет право уступить свое право любому третьему лицу.

Автор статьи: юрист "Правового бюро "Трибун" Миронов А.В.

Юридическая фирма "Правовое бюро "Трибун". Все права защищены.

К списку статей

www.jurist-tula.ru

Обзор арбитражной практики по взысканию неустойки с застройщика |

Право на получение неустойки возникает у участника долевого строительства согласно п.2 ст.6 Федерального закона «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости» № 214-ФЗ от 30.12.2004 года (далее – ФЗ № 214).

Статья 11 ФЗ № 214 устанавливает, что участник долевого строительства, полностью выплативший застройщику цену договора участия в долевом строительстве, имеет право (без согласования с застройщиком или третьими лицами) уступить свои требования, которые имеет к застройщику, если договор зарегистрирован, а передаточный акт на квартиру не подписан.

Кроме того, данное право установлено ст. 382 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ), в которой говориться, что право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования — цессия) или может перейти к другому лицу на основании закона.

При этом, как указано в ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Согласно ст. 389 ГК РФ основанием перехода права является соглашение об уступке требования (заключенное в простой письменной форме, нотариальной форме; зарегистрированное в порядке, установленном для регистрации основной сделки). В данном случае, соглашение заключается участником долевого строительства (первоначальный кредитор -цедент) и юридическим лицом / индивидуальным предпринимателем (последующий кредитор — цессионарий).

Рассмотрим основные моменты взыскания имущественных санкций в судебном порядке при цессии:

Согласно п.2 ст.6 ФЗ № 214 в случае нарушения предусмотренного договором срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства застройщик уплачивает участнику долевого строительства неустойку (пени) в размере одной трехсотой «ставки рефинансирования» Центрального банка Российской Федерации, действующей на день исполнения обязательства, от цены договора за каждый день просрочки. Если участником долевого строительства является гражданин, предусмотренная настоящей частью неустойка (пени) уплачивается застройщиком в двойном размере.

Статьей 333 ГК РФ установлено право суда уменьшить неустойку в случае, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

При этом, Пленум Верховного Суда РФ в п. 77 Постановления от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее Постановление № 7) разъясняет, что «снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды». А в п. 75 данного Постановления говориться о том, что «при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ)».

Таким образом, снижение неустойки возможно по таким параметрам, как:

  1. по субъектному составу отношений;
  2. несоразмерность последствиям нарушения.

Как показывает арбитражная судебная практика, суды (в том числе апелляционные суды) практически в каждом конкретном случае не удовлетворяют ходатайства застройщиков об уменьшении размеров неустоек.

Так, Девятый арбитражный апелляционный суд (далее – Девятый ААС) в своем Постановлении от 14 июня 2016 г.[1], взыскав сумму неустойки в полном объеме, указал, что поскольку просрочка в передаче квартиры была во время, когда участником долевого строительства являлся гражданин (цедент), то и неустойка, установленная ч. 2 ст.6 ФЗ № 214, должна уплачиваться юридическому лицу (цессионарий) в двойном размере.

Таким образом, перемена кредитора с физического лица на юридическое не может являться основанием для снижения двойного размера неустойки.[2]

Оставляя решение первой инстанции в силе и отказывая в удовлетворении апелляционной жалобы, Десятый арбитражный апелляционный суд (далее — Десятый ААС) в своем Постановлении от 6 июля 2016 г.[3] указал, что «снижение размера неустойки в каждом конкретном случае является одним из предусмотренных правовых способов, которыми законодатель наделил суд в целях недопущения явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства. Применение статьи 333 ГК РФ является правом суда, а не обязанностью суда, рассматривающего дело по существу». Кроме того, «снижение неустойки судом возможно только в одном случае — при явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения права. Явная несоразмерность неустойки должна быть очевидной. В данном конкретном случае, суд первой инстанции, оценив характер взаимоотношений, длительное неисполнение ответчиком принятых на себя обязательств по договору, учитывая размер процентной ставки начисления неустойки, период просрочки, пришел к выводу об обоснованности заявленной суммы неустойки, а также отсутствии оснований для применения статьи 333 ГК РФ».

Аналогичная позиция отражена Десятым ААС в Постановлении от 20 июня 2016 г.[4]

В указанном ранее Постановлении от 14 июня 2016 г. Девятый ААС разъяснил, что основные начала гражданского законодательства не позволяют снижать размер неустойки ниже уровня, определенного законом (п.4 ст.1 ГК РФ). В случае уменьшения неустойки Ответчик будет извлекать преимущества из своего незаконного поведения. Это будет стимулировать его к дальнейшему несвоевременному исполнению своих обязательств по передаче другим участникам долевого строительства недвижимого имущества. Уменьшение неустойки ниже уровня, установленного в законе, кроме прочего, вызывает негативные макроэкономические последствия, поскольку устанавливает режим, когда не исполнять своевременно свои обязательства застройщикам выгоднее, чем действовать добросовестно. Кроме того, «установленная законом неустойка призвана в первую очередь стимулировать Ответчика на исполнение принятых на себя обязательств, а в случае их нарушения — компенсировать расходы Истца. Бездействие Ответчика, способствующее увеличению размера неустойки, не должно являться обстоятельством, снижающим его же ответственность. Неустойка как средство регулирования гражданских правоотношений в своей сущности есть способ защиты нормальных экономических отношений, побуждение участников имущественного оборота к добросовестному выполнению своих обязанностей».

Кроме того, суд указал, что «учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства гражданское законодательство предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом».

Помимо этого, в п. 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 14.07.97 г. N 17[5] содержатся некоторые критерии для установления несоразмерности в каждом конкретном случае: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др.[6]

Таким образом, при решении вопроса о снижении неустойки, необходимо наличие такого факта, как явная несоразмерность размера взыскиваемой неустойки размеру/последствиям нарушения обязательства, за которое данная неустойка взыскивается. При этом, должны учитываться такие факторы, как характер взаимоотношений, длительное неисполнение должником принятых на себя обязательств по договору, размер процентной ставки начисления неустойки, период просрочки исполнения обязательств по договору, превышение суммы неустойки суммы возможных убытков и др.

В п. 73 Постановления № 7 Пленум Верховного Суда РФ указал, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 ГК РФ) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки. А в п. 74 Постановления говориться о том, что возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).

Так в Постановлении Десятого ААС от 6 июля 2016 г.[7] указано, что, в нарушение требований части 1 статьи 65 АПК РФ, согласно которой каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, ответчик не представил доказательства несоразмерности неустойки последствиям нарушения им своих обязательств. Следовательно, отсутствуют основания для ее снижения.

Аналогичная позиция отражена Десятым ААС в Постановлении от 20 июня 2016 г.[8].

А в своем Постановлении от 16 июня 2016 г.[9] Десятый ААС делает ссылку на п.3 Информационного письма № 17, в котором говориться о том, что доказательства, подтверждающие явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств, представляются лицом, заявившим ходатайство об уменьшении неустойки.

Кроме того, суд указал, что «оснований для применения положений ст. 401 ГК РФ у суда не имеется, поскольку в сфере предпринимательской деятельности обстоятельством, освобождающим от ответственности, является лишь действие непреодолимой силы[10], юридическая квалификация обстоятельства как непреодолимой силы возможна только при одновременном наличии таких ее существенных характеристик, как чрезвычайность и непредотвратимость. Под чрезвычайностью понимается исключительность, выход за пределы нормального, обыденного, необычайность для тех или иных жизненных условий, то, что не относится к жизненному риску и не может быть учтено ни при каких обстоятельствах. Не любой жизненный факт может быть квалифицирован как непреодолимая сила, так как обязательным признаком последней является ее чрезвычайный характер. От случая непреодолимая сила отличается тем, что в основе ее — объективная, а не субъективная непредотвратимость[11]».

Отказывая в удовлетворении апелляционных требований о снижении размера неустойки, Девятый ААС в своем Постановлении от 14 июня 2016 г.[12] указал, что ответчик не привел никаких доказательств того, что неустойка должна быть снижена: «Ответчик не анализирует, какие убытки могли возникнуть у участника долевого строительства (Первоначального кредитора), если ему не передавать квартиру в течение 22 месяцев. Он не представил доказательств того, что возможные убытки участника долевого строительства (Первоначального кредитора) от неисполнения Ответчиком своего обязательства значительно ниже взыскиваемой неустойки.

Вместе с тем, уменьшение неустойки позволит Ответчику получить доступ к финансированию за счет потребителей (Первоначального кредитора — более слабой стороны в споре) на нерыночных условиях. Истец представил доказательства (не опровергнутые Ответчиком) о том, что средний размер платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями субъектам предпринимательской деятельности в месте нахождения Ответчика, выше двукратной ставки рефинансирования Банка России (выше 16,5%). Таким образом, в случае уменьшения неустойки Ответчик будет извлекать преимущества из своего незаконного поведения. Это будет стимулировать его к дальнейшему несвоевременному исполнению своих обязательств по передаче другим участникам долевого строительства недвижимого имущества. Уменьшение неустойки ниже уровня, установленного в законе, кроме прочего, вызывает негативные макроэкономические последствия, поскольку устанавливает режим, когда не исполнять своевременно свои обязательства застройщикам выгоднее, чем действовать добросовестно.

Кроме того, учитывая императивные нормы РФ, а именно ст. 330 ГК РФ, Истец не обязан доказывать причинение ему убытков, в том числе возможных или предполагаемых. Данный вывод можно сделать из буквального толкования текста ст. 330 ГК РФ, так как если нет обстоятельств, подтверждающих необходимость распространительного или ограничительного толкования, следует пользоваться буквальным толкованием. Подлинная воля законодателя устанавливаться, прежде всего, на основе буквального толкования закона».

В другом Постановлении от 4 июля 2016 г.[13] Десятый ААС делает ссылку на аб.3 п.10 Решения Конституционного Суда Российской Федерации «Об утверждении обзора практики Конституционного Суда Российской Федерации за первый квартал 2015 года», вынесенного 23 апреля 2015 года, в котором говориться, что положения законодательства не допускают возможности решения судом вопроса о снижении размера неустойки по мотиву явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства без представления ответчиками доказательств, подтверждающих такую несоразмерность. И отказывает в снижении размера неустойки, так как «доказательств, свидетельствующих о том, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды, доказательств, свидетельствующих о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства ответчиком в нарушение ст. 65 АПК РФ суду не представлено»[14].

Таким образом, для снижения размера неустойки необходима доказанность его несоразмерности размеру возможных убытков лицом, ходатайствующим об уменьшении.

В соответствии с п. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно п. 2 ст. 384 ГК РФ право требования по денежному обязательству может перейти к другому лицу в части, если иное не предусмотрено законом.

Отказывая в удовлетворении апелляционной жалобы должника-застройщика, Десятый ААС в своем Постановлении от 4 июля 2016 г.[15] ссылается на абз. 1 п. 21 Информационного письма № 120[16], в котором говориться о том, что перевод обязанности по уплате сумм имущественных санкций без перевода обязанности по уплате основного долга не противоречит законодательству.

А абз. 6 вышеуказанного пункта устанавливает, что отношения по уплате неустойки являются обязательными, следовательно, на них распространяются положения главы 24 ГК РФ. Данная глава ГК РФ не содержит запрета на перевод обязанности по уплате неустойки в отрыве от обязанности по исполнению основного долга.

Аналогичная позиция отражена Девятым ААС в Постановлении от 14 июня 2016 г.[17] При этом суд, отказывая в удовлетворении апелляционной жалобы должника, указывает на:

  • позицию ВАС РФ, отраженную в Определении от 27 февраля 2013 года[18], согласно которой: «суд, разрешая спор возникший из соглашения, которое по своему содержанию являлось аналогичным Договору цессии (уступка потребителем неустойки индивидуальному предпринимателю), установил, что «не доказано, что уступка требования об уплате неустойки нарушает установленный законом или иным нормативным актом запрет. Закон об участии в долевом строительстве не содержит ограничения на уступку требования об уплате неустойки без уступки требования о передаче объекта долевого строительства»;
  • позицию АС МО, отраженную в Постановлении от 30 января 2015 года[19], согласно которой: «разрешая спор между Истцом и Управлением Росреестра по МО об обязательности регистрации соглашения, которое по своему содержанию являлось аналогичным Договору цессии (уступка потребителем неустойки — пени и штрафа — Истцу), установил, что «закон об участии в долевом строительстве не содержит ограничения на уступку требования об уплате неустойки без уступки требования о передаче объекта долевого строительства, равно как и не ограничивает возможность уступки только требования об уплате договорной неустойки. Законодательство не содержит запрета в отношении уступки права (требования) на уплату неустойки, в силу чего данная уступка не противоречит закону»[20].

Таким образом, право на взыскание неустойки (денежное требование, возникшее в связи с нарушением должником срока сдачи объекта) обладает самостоятельной имущественной ценностью. Закон не содержит положений о возможности нарушения прав и интересов должника уступкой требования выплаты неустойки без уступки основного долга (права на объект по ДДУ).

Согласно п. 1 ст. 385 ГК РФ уведомление должника о переходе права имеет для него силу независимо от того, первоначальным или новым кредитором оно направлено. Должник вправе не исполнять обязательство новому кредитору до предоставления ему доказательств перехода права к этому кредитору, за исключением случаев, если уведомление о переходе права получено от первоначального кредитора.

Отказывая должнику в удовлетворении апелляционной жалобы, Десятый ААС в Постановлении от 4 июля 2016 г.[21] указал, что первоначальный кредитор направил в адрес должника уведомление о переходе прав к новому кредитору части своего права требовать суммы имущественных санкций по ДДУ и акт об исполнении обязательства по передаче требований.

Следовательно, должник был надлежащим образом уведомлен о переходе права требования.

Кроме того, также отказывая в удовлетворении апелляционной жалобы должника, Девятый ААС в своем Постановлении от 14 июня 2016 г. N 09АП-24253/2016-ГК ссылается на абз. 9 п. 14 Информационного письма N 120, который устанавливает, что «в силу положений, предусмотренных статьями 312, 382, 385 ГК РФ, должник при предоставлении ему доказательств перехода права (требования) к новому кредитору не вправе не исполнять обязательство данному лицу. Достаточным доказательством является уведомление должника цедентом о состоявшейся уступке права (требования) либо предоставление должнику акта, которым оформляется исполнение обязательства по передаче права (требования), содержащегося в соглашении об уступке права (требования)»[22].

Таким образом, уведомить должника о смене кредитора, может как цедент, так и цессионарий. При уведомлении должника цессионарием, к уведомлению необходимо приложить документ, подтверждающий исполнение обязательств по цессии.

Согласно аб. 1 п. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года N 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о ЗПП), при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Взыскав с должника вышеупомянутый штраф, Девятый ААС в своем Постановлении от 14 июня 2016 г.[23] указал, что данное требование цессионария является действительным, так как получено цедентом на основании договора участия в долевом строительстве и отказа должника добровольно исполнять требование о выплате неустойки.

При этом, суд сослался на позицию Верховного Суда РФ, указавшего что «предусмотренный статьей 13 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» штраф имеет гражданско-правовую природу и по своей сути является предусмотренной законом мерой ответственности за ненадлежащее исполнение обязательств, то есть является формой предусмотренной законом неустойки» (абзац 3 листа 4 определения N 8-КГ13-12, вынесенного 29 октября 2013 года)».

Кроме того, «требование этого штрафа обладает самостоятельной имущественной ценностью. Потому личность Первоначального кредитора не имеет значения для уступки этого требования — оно не связано неразрывной связью с личностью кредитора. Никакие из норм закона не содержат положений о нарушении прав и интересов Ответчика такой уступкой. Первоначальный кредитор передал Истцу действительные требования о взыскании штрафной неустойки за отказ Ответчика выполнить его денежные требования добровольно. Право требовать штрафную неустойку за отказ Ответчика выполнить денежные требования добровольно (50 процентов от суммы) возникает не в силу вынесения судом решения в пользу Первоначального кредитора, а в силу отказа должника (Ответчика) от удовлетворения его требований. Ответчик требования Первоначального кредитора добровольно не выполнил. Значит право на взыскание штрафной неустойки возникло».

Данная позиция подтверждается п. 17 Информационного письма № 120, определениями ВС РФ от 22 октября 2013 года и от 13 января 2015 года[24].

Аналогичный вывод делает Десятый ААС в Постановлении от 16 июня 2016 г.[25], ссылаясь на аб. 1 п. 10 Обзора практики разрешения судами споров, возникающих в связи с участием граждан в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости, утвержденного 04 декабря 2013 года Президиумом Верховного Суда РФ.

В нем говориться, что к отношениям застройщика и участника долевого строительства — гражданина, возникшим при уступке прав требований по договору участия в долевом строительстве первоначальным участником долевого строительства, заключившим договор не для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, законодательство Российской Федерации о защите прав потребителей применяется.

Вышеуказанные позиции содержаться также в Постановлении Десятого ААС от 4 июля 2016 г. и Постановлении Девятого ААС от 30 июня 2016 г.[26]

Таким образом, в случае, если должником добровольно не исполняются требования цедента о выплате неустойки, то цессионарий имеет право на взыскание штрафа, размер которого — пятьдесят процентов от требуемой суммы. При этом, необходимо наличие отказа должника добровольно выплатить неустойку после получения им от цедента предсудебного требования о ее выплате. Только тогда, у цессионария возникает право на штраф.

Ст. 383 ГК РФ устанавливает, что переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, не допускается.

Таким образом, цессионарий не имеет права на возмещение морального вреда, которые возник у цедента[27].

В соответствии с п. 1 ст. 389 ГК РФ сделка уступки права требования оформляется в той же форме, в которой была совершена сделка, на основании которой возникли уступаемые права.

Согласно п. 3 ст. 4 ФЗ № 214 договор участия в долевом строительстве заключается в письменной форме, подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

В силу п. 2 ст. 389 ГК РФ уступка требования по сделке, требующей государственной регистрации должна быть зарегистрирована в порядке, установленном для регистрации этой сделки, если иное не установлено законом.

Отказывая в удовлетворении апелляционных требований о взыскании неустойки с должника-застройщика, Десятый ААС в своем Постановлении от 6 мая 2016 г.[28] указал, что отсутствуют правовые основания для удовлетворения заявленного требования ввиду отсутствия государственной регистрации договора уступки права требования: «Уступка права по сделке, требующей государственной регистрации, должна быть зарегистрирована в порядке, установленном для регистрации этой сделки, если иное не установлено законом.

Требование о регистрации договора участия в долевом строительстве вызывает необходимость регистрации не только сделок по уступке участником своего права на получение объекта строительства, но и иных сделок по уступке прав, вытекающих из договора, в том числе уплату убытков, неустойки».

Таким образом, положения о необходимости государственной регистрации договора цессии, если уступка требования имеет место по сделке, требующей государственной регистрации, носит императивный характер и не содержит каких-либо исключений в отношении уступки прав требований, непосредственно не связанных с возникновением, переходом, прекращением или ограничением вещных прав на объекты недвижимости[29].

Отменяя судебный акт первой инстанции и уменьшая неустойку должника за просрочку передачи объекта строительства, Десятый ААС в своем Постановлении от 4 апреля 2016 г.[30] указал, что

«При реализации инвестиционного контракта был существенно увеличен объем обязательств ответчика — застройщика в части наличия препятствий для реализации контракта в связи с наличием на земельном участке объектов недвижимости и необходимости их сноса за счет застройщика. Данная информация не содержалась в извещении от 18.07.2009 г. о проведении аукциона на право заключения договора аренды указанного участка.

В связи с чем, сроки начала строительства существенно сдвинулись.

01.11.2012 г. ответчик — застройщик вынужден был обращаться за продлением аренды земельного участка и только решением Арбитражного суда 18 апреля 2013 года аренда была продлена. По факту 6 месяцев застройщик юридически не мог продолжать работы на объекте в связи законной приостановкой действия разрешения на строительство.

Отказ администрации города Подольска в продлении договоров аренды признан судом необоснованным и незаконным.

Продление ответчиком срока действия разрешения на строительство на срок позже окончания договора аренды, свидетельствуют об объективных причинах задержки строительства.

Предоставление земельного участка в аренду для жилищного строительства на срок, не позволяющий по независящим от застройщика причинам, закончить строительство, нарушает соответствующее договору соотношение имущественных интересов сторон и истец в значительной степени лишится того, на что был вправе рассчитывать при заключении договора, а именно на получение дохода от реализации объектов строительства.

Ответчик направил в адрес участника долевого строительства уведомление о продлении срока передачи объекта долевого строительства от 05 сентября 2014 года с уведомлением о переносе сроков ввода дома и предложением подписать дополнительное соглашение к договору о продлении срока передачи объекта долевого строительства до 4 квартала 2014 года.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, подтвержденные письменными доказательствами, ответчик является добросовестным участником гражданского оборота».

Таким образом, суд может снизить размер неустойки за просрочку передачи объекта строительства при доказанности обстоятельств, свидетельствующих о наличии: добросовестности застройщика, объективных причинах задержки передачи объекта, направленного в адрес участника ДДУ уведомления о переносе сроков передачи с предложением заключить дополнительное соглашения, злоупотребления участниками ДДУ своим правом и др.

Специалисты «Корпорациям и акционерам» оказывают помощь по взысканию неустойки с застройщика в арбитражном суде в рамках услуги «взыскание неустойки по договору долевого участия«

____________________________________

[1] Постановление Девятого ААС от 14 июня 2016 г. N 09АП-24253/2016-ГК

[2] См. также:

Постановление Десятого ААС от 26 мая 2016 г. по делу N А41-2741/16

Постановление Десятого ААС от 23 мая 2016 г. по делу N А41-87570/15

Постановление Десятого ААС от 25 апреля 2016 г. по делу N А41-75091/15

Постановление Десятого ААС от 10 февраля 2016 г. по делу N А41-72694/15

Постановление Десятого ААС от 27 января 2016 г. по делу N А41-73795/15

[3] Постановление Десятого ААС от 6 июля 2016 г. по делу N А41-14234/16

[4] Постановление Десятого ААС от 20 июня 2016 г. по делу N А41-14424/16

[5] п. 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 14.07.97 г. N 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 ГК РФ»

[6] См. также:

Постановление Десятого ААС от 26 мая 2016 г. по делу N А41-2741/16

Постановление Десятого ААС от 23 мая 2016 г. по делу N А41-87570/15

Постановление Десятого ААС от 25 апреля 2016 г. по делу N А41-75091/15

Постановление Десятого ААС от 20 апреля 2016 г. по делу N А41-91916/15

Постановление Десятого ААС от 8 апреля 2016 г. по делу N А41-94947/15

Постановление Десятого ААС от 31 марта 2016 г. по делу N А41-94946/15

Постановление Десятого ААС от 25 марта 2016 г. по делу N А41-93603/15

Постановление Десятого ААС от 11 марта 2016 г. по делу N А41-94945/15

Постановление Десятого ААС от 26 февраля 2016 г. по делу N А41-99815/15

Постановление Десятого ААС от 20 февраля 2016 г. по делу N А41-77487/15

Постановление Десятого ААС от 10 февраля 2016 г. по делу N А41-72694/15

Постановление Десятого ААС от 4 февраля 2016 г. по делу N А41-53203/15

Постановление Десятого ААС от 29 января 2016 г. по делу N А41-65444/15

[7] Постановление Десятого ААС от 6 июля 2016 г. по делу N А41-14234/16

[8] Постановление Десятого ААС от 20 июня 2016 г. по делу N А41-14424/16

[9] Постановлении Десятого ААС от 16 июня 2016 г. по делу N А41-9391/16

[10] Определение Верховного Суда РФ от 01.09.2009 N 24-В09-8, Определение Конституционного Суда РФ от 19.02.2003 N 79-О

[11] Постановление Президиума ВАС РФ от 21.06.2012 N 3352/12 по делу N А40-25926/2011-13-230

[12] Постановлене Девятого ААС от 14 июня 2016 г. N 09АП-24253/2016-ГК

[13] Постановление Десятого ААС от 4 июля 2016 г. по делу N А41-13332/16

[14] См. также:

Постановление Десятого ААС от 26 мая 2016 г. по делу N А41-2741/

Постановление Десятого ААС от 23 мая 2016 г. по делу N А41-87570/15

Постановление Десятого ААС от 20 апреля 2016 г. по делу N А41-91916/

Постановление Десятого ААС от 31 марта 2016 г. по делу N А41-94946/15

Постановление Десятого ААС от 25 марта 2016 г. по делу N А41-93603/15

Постановление Десятого ААС от 11 марта 2016 г. по делу N А41-94945/15

Постановление Десятого ААС от 10 марта 2016 г. по делу N А41-68063/15

Постановление Десятого ААС от 26 февраля 2016 г. по делу N А41-99815/15

Постановление Десятого ААС от 20 февраля 2016 г. по делу N А41-77487/15

Постановление Десятого ААС от 10 февраля 2016 г. по делу N А41-72694/15

Постановление Десятого ААС от 4 февраля 2016 г. по делу N А41-53203/15

Постановление Десятого ААС от 29 января 2016 г. по делу N А41-65444/15

[15] Постановление Десятого ААС от 4 июля 2016 г. по делу N А41-13332/16

[16] Абз. 1 п. 21 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 года N 120

[17] Постановление Девятого ААС от 14 июня 2016 г. N 09АП-24253/2016-ГК

[18] Определение ВАС РФ от 27 февраля 2013 года N ВАС-1787/13 по делу N А43-3694/2012

[19] Постановление Арбитражного суда Московского округа от 30 января 2015 года по делу N А41-27199/2014

[20] См. также:

Постановление Десятого ААС от 23 мая 2016 г. по делу N А41-87570/15

Постановление Десятого ААС от 10 февраля 2016 г. по делу N А41-72694/15

Постановление Десятого ААС от 4 февраля 2016 г. по делу N А41-53203/15

[21] Постановление Десятого ААС от 4 июля 2016 г. по делу N А41-13332/16

[22] См. также:

Постановление Десятого ААС от 23 мая 2016 г. по делу N А41-87570/15

Постановление Десятого ААС от 26 февраля 2016 г. по делу N А41-99815/15

Постановление Десятого ААС от 4 февраля 2016 г. по делу N А41-53203/15

[23] Постановление Девятого ААС от 14 июня 2016 г. N 09АП-24253/2016-ГК

[24] Определения ВС РФ от 22 октября 2013 года по делу N 64-КГ13-7 и от 13 января 2015 года по делу N 48-КГ14-12

[25] Постановление Десятого ААС от 16 июня 2016 г. по делу N А41-9391/16

[26] Постановление Десятого ААС от 4 июля 2016 г. по делу N А41-13332/16 и Постановление Девятого ААС от 30 июня 2016 г. по делу N 09АП-25592/2016

См. также:

Постановление Десятого ААС от 26 мая 2016 г. по делу N А41-2741/16

Постановление Десятого ААС от 23 мая 2016 г. по делу N А41-87570/15

Постановление Десятого ААС от 25 апреля 2016 г. по делу N А41-75091/15

Постановление Десятого ААС от 26 февраля 2016 г. по делу N А41-99815/15

Постановление Десятого ААС от 10 февраля 2016 г. по делу N А41-72694/15

Постановление Десятого ААС от 4 февраля 2016 г. по делу N А41-53203/15

[27] Данная позиция отражена в Постановлении Десятого ААС от 4 июля 2016 г. по делу N А41-13332/16.

[28] Постановление Десятого ААС от 6 мая 2016 г. по делу N А41-67688/15

[29] См. также: Постановление Десятого ААС от 4 февраля 2016 г. по делу N А41-53203/15

[30] Постановление Десятого ААС от 4 апреля 2016 г. по делу N А41-88994/15

corprf.ru

Обзор практики применения положений ГК РФ об уступке права требования (цессии) и переводе долга | Поиск по сайту

Главная страница → Поиск по сайту

Обзор практики применения положений ГК РФ об уступке права требования (цессии) и переводе долга

 

1. Отсутствие в договоре об уступке права (требования) условий, позволяющих его индивидуализировать, свидетельствует о несогласованности предмета договора, и, как следствие, о том, что договор не заключён.

Истец обратился в арбитражный суд с иском к ответчику о взыскании задолженности и процентов за пользование чужими денежными средствами на основании договора уступки права требования.

Решением суда первой инстанции иск удовлетворен частично.

Суд кассационной инстанции,  решение суда первой инстанции отменил, в иске отказал, указав следующее.

В силу пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, в частности о предмете договора.

Согласно статье 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

В соответствии с пунктом 1 Договора цессии объем уступаемых прав включает в себя сумму основного требования к должнику по договору и штрафные санкции, возникшие у должника к моменту уступки прав.

Сумма основного требования к должнику и штрафных санкций на момент заключения договора цессии в пункте 1 сторонами не определена.

Суд первой инстанции правильно указал, что объем передаваемых прав сторонами не определен. Акт сверки расчетов, составленный ответчиком и  истцом, правомерно не признан судом в качестве надлежащего доказательства объема прав цедента, поскольку он содержит сведения о наличии задолженности между оформившими его лицами, составлен за два года до заключения договора цессии и не имеет ссылки на него. При таких обстоятельствах суд обоснованно посчитал, что истец не представил бесспорных доказательств передачи цессионарию уступаемых цедентом прав в заявленном объеме.

Таким образом, в материалах дела отсутствуют доказательства, оценив которые можно было бы сделать вывод о том, что, несмотря на отсутствие соответствующих условий в тексте договора, предмет последнего является согласованным и между цедентом и цессионарием нет неопределенности в идентификации уступленного права (требования).

Отсутствие в договоре об уступке права (требования) условий, позволяющих его индивидуализировать, свидетельствует о несогласованности предмета договора.

Поскольку в данном случае предмет договора цессии сторонами не согласован, его следует признать незаключенным.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции подлежит отмене, а требования Общества - оставлению без удовлетворения в полном объеме.

(Постановление ФАС С-З по делу № А56-578/2008)

 

2. В случае приобретения права требования на торгах, проведенных в рамках исполнительного производства, оно ограничено суммой, определенной судебным решением и исполнительным листом, в связи с чем у цессионария не возникает право требования процентов за пользование чужими денежными средствами за последующий период.

Общество (цессионарий) обратилось в арбитражный суд с иском к учреждению (должнику) о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в период с 26.04.2006 (день, следующий за датой вынесения решения) по 30.03.2007.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, в иске отказано.

В обоснование отказа суды указали, что объем прав Общества, приобретенных на торгах, ограничен правом требования суммы, указанной в исполнительном листе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 ГК РФ за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств.

В силу статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Согласно пункту 15 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2007 № 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации", если иное не предусмотрено законом или договором, при уступке части права (требования) к новому кредитору переходят в соответствующей части также и права, связанные с уступаемым правом (требованием).

Судами установлено и материалами дела подтверждается, что требования Общества основаны на договоре цессии, в котором отсутствуют положения о включении в состав задолженности процентов за пользование чужими денежными средствами.

Однако в силу статьи 384 ГК РФ право первоначального кредитора переходит к новому кредитору, если иное не предусмотрено не только договором, но и законом.

Так как торги проводились в рамках исполнительного производства, подлежит применению соответствующее законодательство, действовавшее в период проведения торгов.

В силу пункта 6 статьи 46 Федерального закона от 21.07.1997 № 119-ФЗ "Об исполнительном производстве" (далее - Закон № 119-ФЗ) взыскание на имущество должника, в том числе на денежные средства и иные ценности, находящиеся в наличности либо на счетах и во вкладах или на хранении в банках и иных кредитных организациях, обращается в том размере и объеме, которые необходимы для исполнения исполнительного документа с учетом взыскания исполнительского сбора и расходов по совершению исполнительных действий.

Порядок обращения взыскания на дебиторскую задолженность до 01.02.2008 определялся в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 27.05.1998 № 516 "О дополнительных мерах по совершенствованию процедур обращения взыскания на имущество организаций", принятым в целях реализации Закона № 119-ФЗ. В частности, пунктом 3 названного постановления Правительства Российской Федерации установлено, что права требования, реализованные в процессе обращения взыскания на имущество организации-должника, могут быть предъявлены дебитору должника в том объеме, в котором они были приобретены. При отражении результатов реализации прав требования в бухгалтерской отчетности организации - должника дебиторская задолженность учитывается в соответствии с той стоимостью, по которой она была реализована.

С учетом изложенного, Общество приобрело только право требования суммы, определенной судебным решением и исполнительным листом.

Право требования процентов за пользование чужими денежными средствами за спорный период истцом не приобретено, в связи с чем в иске отказано правомерно.

(Постановление ФАС С-З по делу № А42-6892/2008, Определением ВАС  РФ от  03.12.2009 №  ВАС-15522/09 отказано в передаче дела для пересмотра в порядке надзора).

 

3. Неисполнение цедентом обязательств по передаче документов, удостоверяющих право требования, не является основанием для освобождения цессионария от встречного обязательства по исполнению договора об уступке права требования.

Истец (цедент) обратился в арбитражный суд с иском к ответчику (цессионарию) о взыскании задолженности по договору уступки права требования.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, иск удовлетворен в полном объеме.

В кассационной жалобе ответчик просил отменить обжалуемые судебные акты, ссылаясь на то, что  суд первой инстанции необоснованно признал уступку права требования совершенной, так как в нарушение договора и пункта 2 статьи 385, пункта 3 статьи 405 Гражданского кодекса Российской Федерации цедент не исполнил свои обязательства по передаче ответчику как цессионарию документов, удостоверяющих право требования по договору, в связи с чем ответчик освобождается от обязательств по ее оплате.

Как следует из материалов дела, цедент и цессионарий заключили договор уступки права требования, по условиям которого цедент передал, а цессионарий - принял право требования долга к должнику. Договором предусмотрена передача цедентом цессионарию договора, надлежаще оформленных документов, удостоверяющих право требования, и сообщение сведений, имеющих значение для осуществления требования в течение двух дней с момента заключения договора.

Цессионарий исполнил свои обязательства по договору частично, перечислив цеденту часть денежных средств. Актом сверки расчетов определена задолженность цессионария перед цедентом по спорному договору.

Принимая решение об удовлетворении иска, суды исходили из того, что представленные в материалы дела документы подтверждают наличие у ответчика задолженности по договору уступки права требования.

Поскольку в договоре отсутствует условие о встречных обязательствах цедента, неисполнение которых предполагает отказ от оплаты полученного права требования, а также ответчиком не представлены доказательства обращения к цеденту с просьбой передать документы, подтверждающие право требования, в частности договора, цессионарий  в силу статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации не вправе был отказываться от исполнения обязательств по оплате переданного права требования.

В данном случае ответчик факт передачи ему права требования связывает с передачей цедентом документов, подтверждающих право требования. Однако данные документы сами по себе не могут свидетельствовать о передаче права требования. Таким доказательством является сам договор уступки права, по условиям которого цедент передает, а цессионарий принимает право требования. В соответствии с договором он вступает в силу со дня подписания его сторонами.

При таких обстоятельствах уклонение цедента от передачи цессионарию документов, удостоверяющих переданное последнему право (требование), не освобождает от исполнения цессионарием своих обязательств по договору уступки права требования в силу того, что данное право (требование) не зависит от возможности его реализации исполнением цедентом своих обязательств.

В соответствии с пунктом 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации" уклонение цедента от передачи цессионарию документов, удостоверяющих переданное последнему право (требование), само по себе не свидетельствует о том, что данное право (требование) не перешло к цессионарию.

Следовательно, довод ответчика о том, что он освобождается от встречного обязательства по исполнению договора об уступке права требования при неисполнении цедентом обязательств по передаче документов, удостоверяющих право требования, не может быть признан состоятельным, поэтому иск удовлетворён правомерно.

(Постановление ФАС С-З от 12.08.2009 г. по делу № А21-9693/2008, дело № А05-1669/2009 оставлено в силе постановлением кассационной инстанции).

 

4. Полномочие собственника унитарного предприятия принимать решение о заключении крупной сделки в соответствии с учредительными документами не означает, что такие сделки должны согласовываться с собственником, поскольку конкурсный управляющий осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, а также собственника имущества должника - унитарного предприятия в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены законом.

Муниципальное унитарное предприятие (далее - Предприятие) обратилось в арбитражный суд с иском к муниципальному учреждению городского хозяйства (далее – Учреждение) о взыскании задолженности по договору-заказу на содержание и эксплуатацию объектов коммунального хозяйства, муниципального жилого фонда.

Решением суда первой инстанции исковые требования удовлетворены. На основании решения выдан исполнительный лист.

Определением, оставленным апелляционной инстанцией без изменения, суд первой инстанции заменил взыскателя по исполнительному листу на физическое лицо.

В кассационной жалобе Учреждение просило отменить определение и постановление и отказать в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве. Податель жалобы посчитал, что основания для процессуального правопреемства отсутствуют, так как физическое лицо приобрело задолженность Учреждения по недействительной сделке, противоречащей пункту 2 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве).

Как следует из материалов дела, задолженность по договору-заказу продана на открытых торгах. Согласно протоколу торгов победителем признано физическое лицо.

Предприятие (цедент) и физическое лицо (цессионарий) заключили договор уступки прав требования, в соответствии с которым цедент уступил цессионарию права требования исполнения Учреждением денежного обязательства, возникшего на основании договора-заказа и подтвержденного решением суда и исполнительным листом. Уведомление об уступке направлено должнику и получено им.

Решением Арбитражный суд Архангельской области признал Предприятие банкротом, ввел в отношении него конкурсное производство.

Кассационная инстанция, проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, не нашла оснований для удовлетворения жалобы.

В соответствии с частью 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте.

Согласно пункту 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Пунктом 2 статьи 127 Закона о банкротстве установлено, что с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия, за исключением полномочий органов управления должника, уполномоченных в соответствии с учредительными документами принимать решения о заключении крупных сделок.

Суд кассационной инстанции пришёл к выводу о том, что, заключая договор, Предприятие не нарушило Закон о банкротстве. Полномочие собственника унитарного предприятия принимать решение о заключении крупной сделки в соответствии с учредительными документами не означает, что такие сделки должны согласовываться с собственником, как это установлено подпунктом 15 пункта 1 статьи 20 и пунктом 3 статьи 23 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях".

Согласно пункту 1 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, а также собственника имущества должника - унитарного предприятия в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены указанным Законом.

Пунктом 2 той же статьи установлено, что конкурсный управляющий вправе распоряжаться имуществом должника в порядке и на условиях, которые установлены Законом.

Таким образом, ввиду правопреемства в спорном материальном правоотношении суды сделали правильный вывод о наличии оснований для процессуального правопреемства.

(Постановление ФАС С-ЗО от 30.12.2009 по делу № А05-367/05-27, дело № А05-2254/05-27)

 

5. В случае уступки требования должник согласно ст. 412 ГК РФ вправе зачесть против требования нового кредитора свое встречное требование к первоначальному кредитору.

Истец (цессионарий), ссылаясь на полученное от первоначального кредитора  (цессионарий) по договору уступки права требования (цессии) право требования, обратился в арбитражный суд с иском о взыскании с ответчика (должника) стоимости поставленной по договору продукции и  процентов за пользование чужими денежными средствами.

Ответчик предъявил встречный иск о взыскании с истца на основании статьи 412 Гражданского кодекса Российской Федерации задолженности первоначального кредитора перед ответчиком.

Решением суда первой инстанции  первоначальный и встречный иск удовлетворены в полном объёме, в связи с чем произведен зачет.

Кассационной инстанцией решение оставлено без изменения в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу решением суда с ответчика в пользу первоначального кредитора  взыскана задолженность за поставленный товар. Эта задолженность была передана первоначальным кредитором истцу по договору уступки права (цессии). В связи с тем, что должник задолженность не оплатил, истец обратился в суд с иском о ее взыскании.

Встречный иск ответчика основан на том, что  у первоначального кредитора имелась перед ответчиком задолженность, взысканная в его пользу вступившим в законную силу решением суда.

В соответствии со статьей 386 Гражданского кодекса Российской Федерации должник вправе выдвигать против требования нового кредитора возражения, которые он имел против первоначального кредитора к моменту получения уведомления о переходе прав по обязательству к новому кредитору. В случае уступки требования должник согласно статье 412 Гражданского кодекса Российской Федерации вправе зачесть против требования нового кредитора свое встречное требование к первоначальному кредитору. Зачет производится, если требование возникло по основанию, существовавшему к моменту получения должником уведомления об уступке требования, и срок требования наступил до его получения либо этот срок не указан или определен моментом востребования.

Таким образом, может быть зачтено любое денежное требование к первоначальному кредитору, а не только возникшее из одного обязательства. Ограничительное толкование названной статьи Кодекса, согласно которому правомерен зачет лишь требований, возникших из договора, по которому произошла уступка права требования, не основано на законе.

Судами установлено, что требование ответчика возникло до момента получения им уведомления об уступке принадлежавшего первоначальному кредитору требования, а правомерность принадлежащего ответчику требования подтверждена вступившим в законную силу решением арбитражного суда.

Наличие решения арбитражного суда о взыскании задолженности с первоначального кредитора, не препятствует предъявлению встречного иска в рамках предъявленного к нему иска со стороны нового кредитора, поскольку иски – ответчика к первоначальному кредитору и  ответчика  к истцу – не  тождественны.

Защищать свои права иным способом, например, путем заявления о зачете (статья 410 Гражданского кодекса Российской Федерации) ответчик не мог, поскольку по смыслу пункта 1 части 3 статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации после предъявления к должнику иска не допускается прекращение обязательства зачетом встречного однородного требования в соответствии с нормами статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поэтому в данном случае отсутствует повторное взыскание одной и той же суммы, а требование ответчика  о взыскании задолженности с истца правомерно принято арбитражным судом для совместного рассмотрения с иском последнего о взыскании денежной суммы с ответчика.

(Дело № А05-9381/2005-3, Определение ВАС РФ от 20.08.2007 № 9972/07).

 

6. Подсудность рассмотрения спора о взыскании задолженности, переданной истцу на основании договора цессии, определяется с учётом условий договора, на основании которого возникло уступленное требование.

Истец (цессионарий) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к должнику  о взыскании задолженности по договору поставки и пеней, право требования которых передано ему на основании договора цессии.

Определением суда первой инстанции исковое заявление возвращено заявителю в связи с неподсудностью спора Арбитражному суду города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

Апелляционная инстанция отменила определение суда первой инстанции в связи со следующим.

Между ответчиком (поставщик) и первоначальным кредитором (покупатель) заключен договор поставки алкогольной продукции. В соответствии с условиями договора поставщик поставил покупателю продукцию, однако обязательство по оплате продукции после ее получения покупатель не исполнил.

На основании договора цессии первоначальный кредитор (цедент) передал, а  истец (цессионарий) принял права требования от ответчика (должника)  задолженности и пени, вытекающих из договора поставки алкогольной продукции.

Таким образом, первоначальный кредитор (поставщик) выбыл из обязательства, а на его место встал Новый кредитор.

Согласно статье 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода прав.

Поскольку по договору цессии истцу уступлены права, вытекающие из договора поставки, в силу статьи 384 ГК РФ, реализацию этих прав истец вправе осуществлять в том же объеме и на тех же условиях, что и первоначальный кредитор.

Договором поставки предусмотрено, что в случае невозможности разрешения разногласий в процессе переговоров, все споры подлежат рассмотрению в Арбитражном суде Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

Условий, ограничивающих или изменяющих установленную в договоре подсудность, ни законом, ни договором не предусмотрено. Следовательно, перемена лица в уже существующем обязательстве не изменяет право кредитора на рассмотрение спора в соответствии с условиями данного обязательства.

 (Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.10.2009 по делу № А56-62364/2009, Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.05.2005 по делу № А56-12771/2005, Постановление ФАС Московского округа от 06.07.2009 по делу КГ-А40/5717-09, Постановление ФАС Уральского округа от 08.02.2000 по делу № Ф09-63/00-ГК, аналогичная по смыслу позиция высказана в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного  Суда  РФ от 11.08.1998 № 2883/98).

«В целом ряде случаев кассационные инстанции признавали, что условие об избрании определенного суда по правилам ст. 30 АПК РФ 1995 года распространяется и на нового кредитора, приобретшего права в порядке цессии <*>. Однако имеются и иные решения: суды поддерживают позицию, согласно которой соглашение о договорной подсудности не является объектом прав кредитора, переходящих к другому лицу в силу ст. 384 ГК РФ <**>.

--------------------------------

<*> См., напр.: Постановление ФАС Уральского округа от 08.02.2000 N Ф09/00-ГК.

<**> См.: Постановление ФАС Московского округа от 12.10.1998 N КГ-А40/2583.

 

Подсудность, как отмечалось в литературе, - "это круг материально-правовых вопросов индивидуального значения, отнесенных к ведению определенного судебного органа. В отличие от подведомственности, назначение которой состоит в том, чтобы способствовать разграничению компетенции различных органов государства, общественности и др. в области применения норм материального права, подсудность предназначена разграничивать компетенцию в той же области, но между различным судами. <...> Различие между подсудностью и подведомственностью имеет скорее количественный, нежели качественный характер". С учетом этого нет оснований для иного решения относительно судьбы оговорки о подсудности при уступке требования. Новый кредитор по общему правилу должен подчиняться действию этой оговорки.»

 

Новоселова Л. А. Сделки уступки права (требования) в коммерческой практике. Факторинг. М.: Статут, 2003. 494 с.

 

7. Если в договоре цессии не предусмотрено иное, право (требование) на уплату суммы неуплаченных на момент совершения сделки уступки права (требования) процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации переходит к цессионарию вместе с уступленным правом (требованием) в порядке статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Истец (цессионарий) ссылаясь на полученное право требования от первоначального кредитора по договору уступки права требования (цессии), обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании с должника стоимости поставленной по договору продукции и процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 15.01.2003 по 08.02.2006.

Решением суда первой инстанции с ответчика в пользу истца  взыскана задолженность в полном объеме, а также проценты за период с 30.05.2005 по 08.02.2006.

Во взыскании процентов за предыдущий период отказано.

Отказ во взыскании процентов за пользование денежными средствами мотивирован отсутствием у истца права требования уплаты процентов за период, предшествующий заключению договора цессии.

Отменяя решение суда первой инстанции, суд кассационной инстанции указал следующее.

Согласно статье 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, в частности, к новому кредитору переходят связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Из положения данной статьи не следует, что при определении объема перешедшего права (требования) на уплату суммы процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации следует исходить из проведенного судом их разделения на проценты, начисленные, но не уплаченные до момента уступки, и проценты, подлежащие начислению после совершенной уступки.

По смыслу указанной нормы уступка права (требования) задолженности означает, что если иное не определено цедентом и цессионарием, новому кредитору от первоначального кредитора переходит право (требование) на уплату суммы неуплаченных процентов без дополнительного оформления уступки последних. Поэтому если цедентом и цессионарием не предусмотрено иное, право (требование) на уплату суммы неуплаченных на момент совершения сделки уступки права (требования) процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации переходит вместе с уступленным правом (требованием) в порядке статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В данном случае иное не только не предусмотрено, но договор прямо устанавливает, что цессионарию передается право требования процентов за несвоевременную уплату задолженности по поставке. Данных о том, что цедент оставляет себе право требования процентов за период до даты заключения договора, в договоре не имеется.

При таком положении у суда не имелось оснований для отказа во взыскании процентов за период до 29.05.2005.

(Постановление ФАС СЗО от 20.06.2006 по делу № А05-9381/2005-3).

 

8. Перевод долга предполагает переход обязанностей от должника к другому лицу с согласия кредитора, в результате которого происходит перемена лиц в обязательстве при сохранении содержания самого обязательства. При этом новый должник принимает на себя долг первоначального должника в том объеме, в котором этот долг лежал на первоначальном должнике, включая уплату процентов, неустойки и другие санкции.

На основании договора купли-продажи истец (поставщик) передал покупателю товар. В связи с тем, что покупатель полученный товар не оплатил, поставщик обратился в суд с иском о взыскании задолженности и штрафа, предусмотренного договором.

Установив, что в соответствии с договором о переводе долга обязательства покупателя полностью, включая основную сумму долга, принял на себя новый должник (ответчик), однако данные обязательства не исполнил, суд первой инстанции, на основании ст. 309, 330, 391, 486 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворил заявленные требования и взыскал с нового должника основной долг и штраф, начисленный за просрочку исполнения покупателем обязательства по договору купли-продажи.

Новый должник оспорил решение в кассационную инстанцию, сославшись на то, что взыскание суммы штрафа с нового должника в силу ст. 391, 401 Гражданского кодекса Российской Федерации является неправомерным, основан на неправильном толковании норм гражданского законодательства о переводе долга.

Суд кассационной инстанции, оставляя решение суда без изменения, указал следующее.

Из смысла ст. 391, 392 Гражданского кодекса Российской Федерации видно, что перевод долга предполагает переход обязанностей от должника к другому лицу с согласия кредитора, в результате которого происходит перемена лиц в обязательстве при сохранении содержания самого обязательства. При этом новый должник принимает на себя долг первоначального должника в том объеме, в котором этот долг лежал на первоначальном должнике, включая уплату процентов, неустойки и другие санкции.

(Постановление ФАС Уральского округа от 31.08.2006 по делу № Ф09-7566/06-СЗ. Та же позиция содержится в Постановлении ФАС Волго-Вятского округа от 08.12.2008 по делу № 28-7092/2007-196/25).

 

Необходимо отметить, что в судебной практике встречается противоположная позиция, когда суды отказывают во взыскании процентов и неустойки, ссылаясь на то, что данное обязательство не принято новым должником согласно договору.

Однако представляется, что изложенная выше позиция более соответствует смыслу ст. 24 Гражданского кодекса Российской Федерации. Из смысла договора перевода долга следует, что его предметом является конкретная юридическая обязанность, которая входит в содержание обязательственных правоотношений. По своему правовому содержанию перевод долга означает перемену лиц в обязательстве.

В Постановлении Президиума ВАС РФ от 2 декабря 1997 г. № 3798/97 также указано, что, исходя из смысла ст. 391 Гражданского кодекса Российской Федерации, долг переходит к новому должнику в полном объеме, включая обеспечивающую его исполнение неустойку, а также неуплаченные проценты.

 

Судья                                                          Л.Л. Куницына 

Помощник судьи                                         В.В. Селянинова

 

 

arhangelsk.arbitr.ru

Передача прав на страховые выплаты или как выкупить долг по ОСАГО

Законодательство по автогражданской ответственности допускает случаи, когда право требования первоначального кредитора передается к новому на тех же условиях и в том же объеме, существовавшие на момент уступки права.

В этой статье:

Так как же можно выкупить долг по ОСАГО? Или его продать?

Например, среди таких прав выделяют – возмещение страховой, требований о начислении неустойки за просрочку платежа, взыскание штрафа за неполный объем выплат по ДТП. По сути, этот долг страховой компании, который можно продать или выкупить.  

Уступка договорных обязательств по ОСАГО другому лицу, имеющему право получать деньги за причиненный вред, осуществляется в соответствии со следующими условиями.

Договор уступки должен четко определять субъекта, которому переходит право требования. Далее необходимо определиться из какого договора осуществлялась уступка. Если договор не содержит точное указание на денежной суммы, то по смыслу Постановления № 2 ВС РФ от 29.01.2015 г. это не может служить основанием для недействительности условий договора.

Кроме того, передача правомочий по уступке (цессии) – продажа долга по ОСАГО, предполагает наделение лица не только правами, но и обязанностями, вытекающими из полученного страхового возмещения, например, выполнить требования об извещении страховой о необходимости произвести выплаты, направление заявление о страховой выплате.

Указанные обязанности актуальны в том случае, если они не были выполнены ранее потерпевшей стороной.

Порядок заключения договора об уступке выплат по ОСАГО

Правила об уступке права, регламентируется гражданским законодательством главой 24 ГК РФ. В пункте 2 статьи 382 ГК РФ четко отмечено, что кредитор может передать свои права требования новому кредитору, без получения согласия на это должником. Но в таком случае должник ставится в известность путем направления письменного уведомления.

Так как действует норма закона об ОСАГО, разрешающая заключать договоры об уступке прав, то сам договор по ОСАГО не может содержать запрет на уступку прав по ОСАГО. Предметом уступки прав выступает – возможность лица требовать от страховой компании причитающихся или не полностью уплаченных сумм по ОСАГО. При этом не обязательно указывать точный размер денежных выплат по договору.

Уступка прав по ОСАГО может производиться как от собственника автомобиля, указанного в полисе ОСАГО, так и от потерпевших в результате наступившего страхового случая. Если передача требований происходит от потерпевшего, именуемого дополнительно выгодоприобретателем, то к новому кредитору могут перейти права и обязанности.

По форме уступки выплат по ОСАГО должен предусматривать договор, составленный в простой письменной форме.

Если размер новых требований по страховым выплатам превышает максимальную сумму, указанную в договоре ОСАГО, то взыскание оставшейся суммы сверх допустимых объемов по страховым выплатам, производится за счет причинителя вреда, то есть в этом случае страховая освобождается от уплаты требований сверх установленных лимитов сумм страхового возмещения по договору ОСАГО.

Ограничения, связанные с уступкой прав требования

Чтобы иметь законные основания к реализации правом требования к выполнению юридически значимых действий страховщиком, необходимо соблюсти ряд условий:

  1. Передавать право требования от потерпевшей стороны по ОСАГО к другому кредитору, допускается только в отношении возмещения вреда, наступившего в результате ДТП и причиненного имуществу потерпевшего
  2. Передавать или уступать право требования по ОСАГО можно лишь в тот момент, когда стало известно об обстоятельствах наступившего страхового случая
  3. Новый кредитор не может брать на себя права по возмещению вреда, таким охраняемым объектам, как – жизнь, здоровье потерпевшего. Если потерпевшим заявлено требование о компенсации суммы морального вреда, то это требование также не переходит к другому лицу
  4. Уступить права требования можно не только в момент случившегося страхового события, но и когда уже были заявлены требования к страховщику о страховом возмещении. При этом следует иметь в виду, что частичная компенсация страховой выплаты не входит в расчет нового требования, а лишь сумма неполученная в полном объеме по страховому возмещению

Если в роли нового кредитора выступает организация, то она не может требовать выплат по штрафам страховщика за занижение страховых выплат, до того момента, пока об этом не будет принято судебное решение.

Передачи права на взыскание штрафных санкций

С учетом внесенных дополнений в закон об ОСАГО от 21.07.2014, в отношении страховщика стали применяться штрафные санкции и нормы о неустойках. Обязанность страховщика осуществлять указанные выплаты возникает в том случае, если будет установлено ненадлежащее исполнение требований по ОСАГО в части страховой выплаты.

Размер штрафа по закону об ОСАГО составляет пятьдесят процентов от суммы неуплаченных страховых выплат. Уплата штрафов допускается как при возмещении вреда собственнику автомобиля, так и вреда, причиненного выгодоприобретателю.

Страховщик будет освобожден от уплаты сумм штрафов и неустойки, если будет установлен факт исполнения страховщиком обязательств по указанным видам задолженности ранее в рамках сроков, установленных законодательством.

Также страховщик не будет уплачивать требования по штрафам и неустойки, если докажет, что просрочка по уплате произошла не по его вине, а в результате форс-мажорных обстоятельств, например, стихийных бедствий, чрезвычайного положения.

Если сумма по штрафам и неустойки превысит максимальный размер страховой выплаты по каждому виду вреда, то в выплате новому кредитору будет отказано.

На страховщика не могут быть обращены иные требования, кроме тех которые допускаются законодательством и договором по автогражданской ответственности. Если договоры заключались страховыми агентами или брокерами, то ответственность за их неисполнение будет нести в конечном счете страховщик.

avt-yurist.ru

Уступка права требования неустойки по договору долевого участия

Частный инвестор, вкладывая деньги в долевой проект, всегда надеется на лучшее. Однако, анализируя ситуацию на рынке долевого строительства, можно констатировать тот факт, что добросовестное исполнение своих обязательств застройщиками, стало сегодня, скорее исключением, чем правилом. Инструментом воздействия на недобросовестных строителей является неустойка, которую может истребовать с нарушителя дольщик. Но не каждый гражданин знает, что он также может уступить свое право по взысканию неустойки другой компании. Законом разрешается уступка права требования неустойки по договору долевого участия. Как это происходит, и какие выгоды это сулит дольщику, давайте разберемся более подробно.

Что выиграет дольщик, передав свое право

Как правило, судебный процесс по взысканию пени с застройщика длится несколько месяцев. За это время может произойти много событий, как с дольщиком, так и со строительной компанией, которая может попросту обанкротиться. В этом случае участник рискует либо вообще не увидеть положенную компенсацию, либо получить ее через неопределенное время. Передача дольщиком своего права другой компании производится за определенную плату. В зависимости от того, на каких условиях будет осуществляться выкуп неустойки по ДДУ, участник может или сразу получить оговоренную договором сумму, или компенсация ему будет выплачена после того, как денежные средства будут отсужены у застройщика.

Здесь возникает вопрос: а в чем, собственно, заключается выгода дольщика во втором случае, если ему все равно придется ждать выплат, пока будет длиться судебный процесс? Дольщик уступает свое право юридическому лицу, и автоматически дело попадает в арбитражный суд, который занимается рассмотрением споров между организациями. Дольщик же, как лицо физическое, может судиться с застройщиком только в судах общей юрисдикции, которые при рассмотрении дел о неустойке, очень часто применяют 333 статью ГК, позволяющую уменьшить ее размер. Как производится расчет неустойки, можно узнать здесь.

Арбитраж крайне редко снижает сумму требуемой пени по заявлениям юр.лиц к застройщикам, что подтверждается многочисленными случаями из судебной практики. В итоге у дольщика есть реальный шанс получить компенсацию значительно выше той, что он может взыскать сам. Таким образом, у участника долевого проекта, которому положена неустойка, есть выбор: либо сразу получить определенную сумму с компании, с которой он подписал договор переуступки, либо ждать, пока закончится судебный процесс с застройщиком в Арбитраже, и ему будет выплачена отсуженная у строительной фирмы неустойка.

Как происходит переуступка неустойки

Уступка права требования неустойки по ДДУ производится на основании договора цессии, заключаемого между дольщиком  (цедентом) и юридической компанией (цессионарием), который также как и договор долевого участия, проходит положенную регистрацию в госорганах. Данные договорные отношения регулируются  положениями 214 ФЗ и статьями 382-390 ГК, в соответствии с которыми при оформлении договора необходимо учитывать несколько ключевых моментов:

  • сделку можно совершать в любой момент действия договора и после подписания приемо-передаточного акта;
  • передавая свое право на неустойку, дольщику не требуется получать согласие застройщика;
  • нужно обязательно поставить в известность строительную компанию о смене кредитора, причем это необходимо сделать письменно;
  • дольщик может передать только тот объем прав, которым владеет сам;
  • участник не отвечает перед компанией, которой уступает право на неустойку за то, что должник не выполнит данное требование.
  • цедент должен передать цессионарию все документы по данной сделке и сообщить сведения, необходимее для ее совершения.

Юристы Общества защиты прав дольщиков произведут расчет неустойки и помогут вам взыскать максимально возможную компенсацию с застройщика. Вы можете также переуступить нам свое право на требование неустойки с застройщика на выгодных для себя условиях. Все вопросы и пожелания вы можете задать и оставить на странице «Контакты».

 

Похожие статьи:

help-ddu.ru

Приобретение квартиры по договору цессии: за и против

Тема рисков приобретения прав требования квартир по договорам уступки прав требования не нова и довольно подробно рассматривалась на страницах нашего сайта. Однако анализ судебной практики, постоянно проводимый Агентством, свидетельствует о том, что в последнее время застройщики для уменьшения размера взыскиваемых дольщиками санкций за просрочку передачи объектов стараются прямо или косвенно, но очень активно пользоваться тем обстоятельством, что права дольщиков на получение квартир основаны на договорах об уступке права требования (договорах цессии). Следуя принципу «предупрежден – значит вооружен», в настоящей статье мы расскажем дольщикам о некоторых правовых конструкциях, применяемых застройщиками для уменьшения своей ответственности.

1. Определение процента для целей расчета неустойки.

В силу ч. 2 ст. 6 Федерального закона от 30.12.2004 г. № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации», в случае нарушения предусмотренного договором срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства застройщик уплачивает участнику долевого строительства неустойку (пеню) в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день исполнения обязательства, от цены договора за каждый день просрочки. Если участником долевого строительства является гражданин, предусмотренная данной нормой неустойка (пеня) уплачивается застройщиком в двойном размере.

Таким образом, неустойка, подлежащая взысканию с застройщика при просрочке передачи объекта, напрямую зависит от статуса участника долевого строительства: если участником долевого строительства является физическое лицо, то размер предусмотренной ко взысканию неустойки в два раза больше неустойки, подлежащей оплате в пользу юридического лица.

Если первоначальным участником долевого строительства являлось юридическое лицо, уступившее свои права по договору гражданину, то застройщики, несвоевременно передавшие объект строительства (как правило – квартиру), часто ссылаются на правило ст. 384 Гражданского кодекса РФ, согласно которой право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Правило о невозможности уступки лицом большего объема прав, нежели ему принадлежит, основано на принципе римского частного права «nemo plus in alium transferre potest quam ipse habet» («никто не может передать больше прав, чем имеет сам»). С теоретической точки зрения объем прав дольщика – гражданина, полученный от первоначального кредитора – юридического лица по соглашению об уступке прав требования, может быть либо меньше, либо тем же, каким обладало лицо, уступающее право. Следуя этому принципу, участник долевого строительства – юридическое лицо, имеющее основанное на законе право требования неустойки в размере 1/300 ставки рефинансирования ЦБ РФ в день, не может передать гражданину право требования в два раза большей неустойки (1/150 ставки рефинансирования). В результате уступки прав по договору от юридического лица дольщику – гражданину ответственность застройщика в не должна усиливаться, поскольку это ухудшало бы его правовое положение.

На практике такой вывод часто служит основанием для возражений застройщиков против размера неустойки, подлежащего взысканию в пользу граждан - участников долевого строительства. Например, ОАО «Областной центр жилищного финансирования» в апелляционной жалобе на решение Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону от 31.10.2013 г. по делу № 33-2293 ссылалось на то что, учитывая положения ст. 384 ГК РФ, расчет неустойки должен производиться исходя из 1/300 ставки рефинансирования, поскольку право требования квартиры приобреталось истцом от юридического лица - ООО «Риэлторский Центр «Строительная Компания «Ростовгорстрой». По этому делу судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда в апелляционном определении от 19.02.2014 г. не согласилась с доводом застройщика, указав на то, что истец является потребителем-дольщиком и физическим лицом. При этом, суд принял во внимание то, что застройщик не оспаривал права истца по договору уступки права требования и, соответственно, размер неустойки должен исчисляться исходя из 1/150 ставки рефинансирования ЦБ РФ.

В подавляющем большинстве сходных случаев суды также буквально применяли правила ст. 6 закона № 214-ФЗ, учитывая право граждан – дольщиков на получение неустойки в размере 1/150 ставки рефинансирования ЦБ РФ за каждый день просрочки, не учитывая при этом нормы ст. 384 ГК РФ. В частности, это подтверждается судебной практикой судов первой инстанции (например, решениями Таганрогского городского суда Ростовской области от 19.11.2012 г., Ворошиловского районного суда г. Ростова-на-Дону от 24.01.2012 г., Таганрогского городского суда Ростовской области от 24.09.2013 г., Октябрьского районного суда г. Ростова-на-Дону от 21.04.2014 г., Таганрогского городского суда Ростовской области от 25.10.2013 г., а также апелляционной инстанции (например, апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 24.02.2014 года по делу № 33-2489/2014).

Несмотря на множественность судебной практики, подтверждающей необходимость взыскания неустойки из расчета 1/150 ставки рефинансирования ЦБ РФ в день в пользу дольщиков – граждан, получивших право требования квартир от юридических лиц, такой вывод каждый раз был предметом споров и требовал достаточно длительного доказывания правильности произведенного дольщиком - гражданином расчета.

После того, как 04.12.2013 г. Президиум Верховного Суда РФ утвердил обзор практики разрешения судами споров, возникающих в связи с участием граждан в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости гражданам – участникам долевого строительства, получившим права требования квартир по договорам уступки права (цессии), стало значительно проще доказывать верность произведенного гражданами-истцами расчета. По смыслу п. 10 указанного Обзора, к отношениям застройщика и участника долевого строительства - гражданина, получившего право требования квартиры для потребительских нужд от первоначального участника долевого строительства – юридического лица по договору участия в долевом строительстве, должны применяться положения Закона о защите прав потребителей в части, не урегулированной законом № 214-ФЗ.

Таким образом Верховный Суд РФ подтвердил наличие равного объема предусмотренных законом прав дольщиков, изначально приобретавших права требования квартир для личных, семейных (потребительских нужд) от застройщика, и прав тех дольщиков, которые получили право требования квартир по договорам уступки прав (цессии), когда первоначальными кредиторами являлись юридические лица.

2. Определение размера базовой суммы, от которой рассчитывается неустойка.

По наблюдениям Агентства, в подавляющем большинстве случаев цена приобретения дольщиком права требования от первоначального кредитора, указываемая в договоре уступке права (цессии), превышала цену договора участия в долевом строительстве. Иными словами, первоначальный участник долевого строительства, уплативший застройщику сумму «А» продавал право требования последующему дольщику за сумму «В». Разность указанных сумм (сумма «Б») составляла доход первоначального участника долевого строительства.

Наиболее распространенной ошибкой дольщиков, требующих от застройщика оплаты неустойки, является исчисление ее размера от суммы, оплаченной ими за приобретенное право требования (суммы В»). Ведь, исходя из буквального толкования ч. 2 ст. 6 Закона № 214-ФЗ застройщик, нарушивший установленный договором срок передачи объекта уплачивает дольщику неустойку, исчисляемую именно от цены исходного договора (суммы «А»).

Практическим подтверждением этому может служить, в частности, апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 19.02.2014 г. по делу № 33-2293: «...При расчете нестойки суд исходил из стоимости квартиры, указанной в договоре уступки права требования от 08.10.2007 г. Между тем доказательств одобрения ответчиком условий договора уступки права требования, заключенного между истцом и ООО «Риэлторский Центр «Строительная Компания «Ростовгорстрой», в том числе в отношении такой цены квартиры, со стороны застройщика, не имеется. Следовательно, при расчете размера неустойки следовало исходить из цены квартиры, рассчитанной по условиям договора участия в долевом строительстве от 08.10.2007 г., заключенного между ОАО «Областной центр жилищного финансирования» и ООО «Риэлторский Центр «Строительная Компания «Ростовгорстрой»...».

Сходный вывод сделан и в кассационном определении Судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 16.06.2011 г. по делу № 33-8021/11, в котором указано: «....суд пришел к обоснованному выводу, что расчет неустойки должен быть произведен исходя из суммы, внесенной первоначальным инвестором.....».

Такая ситуация приводит к тому, что многие застройщики или их зависимые лица специально создают компании с которыми заключают договоры участия в долевом строительстве, указывая в таких договорах цену, соответствующую себестоимости строительства объекта (сумму «А»). Впоследствии указанные первоначальные кредиторы уступают права требования к застройщику по договорам цессии, получая за передаваемое право его рыночную стоимость (сумму «В»). При этом застройщик частично избегает ограничений, установленных ст. 18 закона № 214-ФЗ в части целей расходования денежных средств, экономит расходы по обеспечению (страховую премию, подлежащую оплате страховщику, или плату за поручительство, если застройщиком используется поручительство банка), а так же минимизирует возможные имущественные санкции в случае предъявления к нему требования об уплате неустойки за просрочку передачи объекта.

Все это следует учитывать участникам долевого строительства как при приобретении прав на получение квартиры по договору цессии, так и при предъявлении требований к застройщику о взыскании неустойки, предусмотренной ч. 2 ст. 6 закона № 214-ФЗ.

3. Изменение срока передачи объекта долевого строительства.

В ряде случаев участники долевого строительства, заключившие договоры уступки права требования (цессии) и требующие от застройщиков уплаты неустойки в связи с несвоевременным исполнением обязательств по передаче квартир, не могут достичь желаемого результата. Совершенно неожиданной причиной отказа в удовлетворении исковых требований дольщика может явиться дополнительное соглашение об изменении срока передачи объекта, подписанное еще первоначальным участником долевого строительства. В ряде случаев такое дополнительное соглашение, о заключении которого дольщик и не подозревает, появляется уже после состоявшейся уступки права, в том числе, в момент рассмотрения иска дольщика о взыскании с застройщика предусмотренных договором санкций.

Примером этому может служить спор по делу № 33-2695/2014, рассмотренный 27.02.2014 г. Судебной коллегией по гражданским делам Ростовского областного суда в качестве апелляционной инстанции. Суть спора такова: дольщик обратился в суд с иском к ООО «Славяне» (далее – «застройщику») о взыскании неустойки за нарушение обязательств по договору участия в долевом строительстве. Решением Октябрьского районного суда г. Ростова-на-Дону от 16.12.2013 г. исковые требования дольщика были удовлетворены частично: с Застройщика была взыскана неустойка, компенсация морального вреда, а так же штраф.

Как следует из материалов дела, 20.12.2010 г. между Застройщиком и первоначальным участником долевого строительства был заключен договор долевого участия в строительстве. 04.08.2011 г. между Застройщиком и ООО «Славяне-Строймеханизация» (далее – «первоначальным участником долевого строительства») было заключено дополнительное соглашение к договору, в соответствии с которым стороны установили более поздний срок ввода объекта в эксплуатацию. Указанное дополнительное соглашение было зарегистрировано в Управлении Росреестра по Ростовской области 19 октября 2011 г.

25.05.2012 года был заключен договор уступки права требования между первоначальным участником долевого строительства и дольщиком – истцом.

С учетом изложенных обстоятельств судебная коллегия пришла к выводу, что застройщиком не было допущено нарушений срока ввода дома в эксплуатацию и срока передачи квартиры дольщику, установленных договором от 20.12.2010 г. (в ред. Дополнительного соглашения от 04.08.2011 г.).

При этом суд апелляционной инстанции указал, что ссылка дольщика - истца на отсутствие в договоре уступки права требования от 25.05.2012 г. сведений о наличии дополнительного соглашения от 04.08.2011 г. к договору долевого участия не может служить основанием для возложения обязанности по уплате неустойки на застройщика, который не являлся стороной по договору цессии.

Такая практика в последнее время получает все большее распространение. В связи с этим Агентство правовой защиты «Дольщик» настоятельно рекомендует лицам, желающим приобрести право требования от застройщика квартир по договорам уступки права требования, заранее обращаться к юристам, специализирующимся в сфере долевого строительства.

Лишь профессиональная оценка условий договора и владение информацией о складывающейся судебной практике могут служить весомой гарантией соблюдения застройщиком Ваших прав и сберегут Ваши нервы, время и финансы!

Юрист Агентства правовой защиты "ДОЛЬЩИК" Р. Шевяков

xn----7sbajjoidsi6ad8b5fh1c.xn--p1ai

Обзор практики применения положений ГК РФ об уступке права требования (цессии) и переводе долга | Обзоры судебной практики

Главная страница → Судебная практика → Обзоры судебной практики

Обзор практики применения положений ГК РФ об уступке права требования (цессии) и переводе долга

 

1. Отсутствие в договоре об уступке права (требования) условий, позволяющих его индивидуализировать, свидетельствует о несогласованности предмета договора, и, как следствие, о том, что договор не заключён.

Истец обратился в арбитражный суд с иском к ответчику о взыскании задолженности и процентов за пользование чужими денежными средствами на основании договора уступки права требования.

Решением суда первой инстанции иск удовлетворен частично.

Суд кассационной инстанции,  решение суда первой инстанции отменил, в иске отказал, указав следующее.

В силу пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, в частности о предмете договора.

Согласно статье 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

В соответствии с пунктом 1 Договора цессии объем уступаемых прав включает в себя сумму основного требования к должнику по договору и штрафные санкции, возникшие у должника к моменту уступки прав.

Сумма основного требования к должнику и штрафных санкций на момент заключения договора цессии в пункте 1 сторонами не определена.

Суд первой инстанции правильно указал, что объем передаваемых прав сторонами не определен. Акт сверки расчетов, составленный ответчиком и  истцом, правомерно не признан судом в качестве надлежащего доказательства объема прав цедента, поскольку он содержит сведения о наличии задолженности между оформившими его лицами, составлен за два года до заключения договора цессии и не имеет ссылки на него. При таких обстоятельствах суд обоснованно посчитал, что истец не представил бесспорных доказательств передачи цессионарию уступаемых цедентом прав в заявленном объеме.

Таким образом, в материалах дела отсутствуют доказательства, оценив которые можно было бы сделать вывод о том, что, несмотря на отсутствие соответствующих условий в тексте договора, предмет последнего является согласованным и между цедентом и цессионарием нет неопределенности в идентификации уступленного права (требования).

Отсутствие в договоре об уступке права (требования) условий, позволяющих его индивидуализировать, свидетельствует о несогласованности предмета договора.

Поскольку в данном случае предмет договора цессии сторонами не согласован, его следует признать незаключенным.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции подлежит отмене, а требования Общества - оставлению без удовлетворения в полном объеме.

(Постановление ФАС С-З по делу № А56-578/2008)

 

2. В случае приобретения права требования на торгах, проведенных в рамках исполнительного производства, оно ограничено суммой, определенной судебным решением и исполнительным листом, в связи с чем у цессионария не возникает право требования процентов за пользование чужими денежными средствами за последующий период.

Общество (цессионарий) обратилось в арбитражный суд с иском к учреждению (должнику) о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в период с 26.04.2006 (день, следующий за датой вынесения решения) по 30.03.2007.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, в иске отказано.

В обоснование отказа суды указали, что объем прав Общества, приобретенных на торгах, ограничен правом требования суммы, указанной в исполнительном листе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 ГК РФ за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств.

В силу статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Согласно пункту 15 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2007 № 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации", если иное не предусмотрено законом или договором, при уступке части права (требования) к новому кредитору переходят в соответствующей части также и права, связанные с уступаемым правом (требованием).

Судами установлено и материалами дела подтверждается, что требования Общества основаны на договоре цессии, в котором отсутствуют положения о включении в состав задолженности процентов за пользование чужими денежными средствами.

Однако в силу статьи 384 ГК РФ право первоначального кредитора переходит к новому кредитору, если иное не предусмотрено не только договором, но и законом.

Так как торги проводились в рамках исполнительного производства, подлежит применению соответствующее законодательство, действовавшее в период проведения торгов.

В силу пункта 6 статьи 46 Федерального закона от 21.07.1997 № 119-ФЗ "Об исполнительном производстве" (далее - Закон № 119-ФЗ) взыскание на имущество должника, в том числе на денежные средства и иные ценности, находящиеся в наличности либо на счетах и во вкладах или на хранении в банках и иных кредитных организациях, обращается в том размере и объеме, которые необходимы для исполнения исполнительного документа с учетом взыскания исполнительского сбора и расходов по совершению исполнительных действий.

Порядок обращения взыскания на дебиторскую задолженность до 01.02.2008 определялся в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 27.05.1998 № 516 "О дополнительных мерах по совершенствованию процедур обращения взыскания на имущество организаций", принятым в целях реализации Закона № 119-ФЗ. В частности, пунктом 3 названного постановления Правительства Российской Федерации установлено, что права требования, реализованные в процессе обращения взыскания на имущество организации-должника, могут быть предъявлены дебитору должника в том объеме, в котором они были приобретены. При отражении результатов реализации прав требования в бухгалтерской отчетности организации - должника дебиторская задолженность учитывается в соответствии с той стоимостью, по которой она была реализована.

С учетом изложенного, Общество приобрело только право требования суммы, определенной судебным решением и исполнительным листом.

Право требования процентов за пользование чужими денежными средствами за спорный период истцом не приобретено, в связи с чем в иске отказано правомерно.

(Постановление ФАС С-З по делу № А42-6892/2008, Определением ВАС  РФ от  03.12.2009 №  ВАС-15522/09 отказано в передаче дела для пересмотра в порядке надзора).

 

3. Неисполнение цедентом обязательств по передаче документов, удостоверяющих право требования, не является основанием для освобождения цессионария от встречного обязательства по исполнению договора об уступке права требования.

Истец (цедент) обратился в арбитражный суд с иском к ответчику (цессионарию) о взыскании задолженности по договору уступки права требования.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, иск удовлетворен в полном объеме.

В кассационной жалобе ответчик просил отменить обжалуемые судебные акты, ссылаясь на то, что  суд первой инстанции необоснованно признал уступку права требования совершенной, так как в нарушение договора и пункта 2 статьи 385, пункта 3 статьи 405 Гражданского кодекса Российской Федерации цедент не исполнил свои обязательства по передаче ответчику как цессионарию документов, удостоверяющих право требования по договору, в связи с чем ответчик освобождается от обязательств по ее оплате.

Как следует из материалов дела, цедент и цессионарий заключили договор уступки права требования, по условиям которого цедент передал, а цессионарий - принял право требования долга к должнику. Договором предусмотрена передача цедентом цессионарию договора, надлежаще оформленных документов, удостоверяющих право требования, и сообщение сведений, имеющих значение для осуществления требования в течение двух дней с момента заключения договора.

Цессионарий исполнил свои обязательства по договору частично, перечислив цеденту часть денежных средств. Актом сверки расчетов определена задолженность цессионария перед цедентом по спорному договору.

Принимая решение об удовлетворении иска, суды исходили из того, что представленные в материалы дела документы подтверждают наличие у ответчика задолженности по договору уступки права требования.

Поскольку в договоре отсутствует условие о встречных обязательствах цедента, неисполнение которых предполагает отказ от оплаты полученного права требования, а также ответчиком не представлены доказательства обращения к цеденту с просьбой передать документы, подтверждающие право требования, в частности договора, цессионарий  в силу статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации не вправе был отказываться от исполнения обязательств по оплате переданного права требования.

В данном случае ответчик факт передачи ему права требования связывает с передачей цедентом документов, подтверждающих право требования. Однако данные документы сами по себе не могут свидетельствовать о передаче права требования. Таким доказательством является сам договор уступки права, по условиям которого цедент передает, а цессионарий принимает право требования. В соответствии с договором он вступает в силу со дня подписания его сторонами.

При таких обстоятельствах уклонение цедента от передачи цессионарию документов, удостоверяющих переданное последнему право (требование), не освобождает от исполнения цессионарием своих обязательств по договору уступки права требования в силу того, что данное право (требование) не зависит от возможности его реализации исполнением цедентом своих обязательств.

В соответствии с пунктом 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации" уклонение цедента от передачи цессионарию документов, удостоверяющих переданное последнему право (требование), само по себе не свидетельствует о том, что данное право (требование) не перешло к цессионарию.

Следовательно, довод ответчика о том, что он освобождается от встречного обязательства по исполнению договора об уступке права требования при неисполнении цедентом обязательств по передаче документов, удостоверяющих право требования, не может быть признан состоятельным, поэтому иск удовлетворён правомерно.

(Постановление ФАС С-З от 12.08.2009 г. по делу № А21-9693/2008, дело № А05-1669/2009 оставлено в силе постановлением кассационной инстанции).

 

4. Полномочие собственника унитарного предприятия принимать решение о заключении крупной сделки в соответствии с учредительными документами не означает, что такие сделки должны согласовываться с собственником, поскольку конкурсный управляющий осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, а также собственника имущества должника - унитарного предприятия в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены законом.

Муниципальное унитарное предприятие (далее - Предприятие) обратилось в арбитражный суд с иском к муниципальному учреждению городского хозяйства (далее – Учреждение) о взыскании задолженности по договору-заказу на содержание и эксплуатацию объектов коммунального хозяйства, муниципального жилого фонда.

Решением суда первой инстанции исковые требования удовлетворены. На основании решения выдан исполнительный лист.

Определением, оставленным апелляционной инстанцией без изменения, суд первой инстанции заменил взыскателя по исполнительному листу на физическое лицо.

В кассационной жалобе Учреждение просило отменить определение и постановление и отказать в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве. Податель жалобы посчитал, что основания для процессуального правопреемства отсутствуют, так как физическое лицо приобрело задолженность Учреждения по недействительной сделке, противоречащей пункту 2 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве).

Как следует из материалов дела, задолженность по договору-заказу продана на открытых торгах. Согласно протоколу торгов победителем признано физическое лицо.

Предприятие (цедент) и физическое лицо (цессионарий) заключили договор уступки прав требования, в соответствии с которым цедент уступил цессионарию права требования исполнения Учреждением денежного обязательства, возникшего на основании договора-заказа и подтвержденного решением суда и исполнительным листом. Уведомление об уступке направлено должнику и получено им.

Решением Арбитражный суд Архангельской области признал Предприятие банкротом, ввел в отношении него конкурсное производство.

Кассационная инстанция, проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, не нашла оснований для удовлетворения жалобы.

В соответствии с частью 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте.

Согласно пункту 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Пунктом 2 статьи 127 Закона о банкротстве установлено, что с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия, за исключением полномочий органов управления должника, уполномоченных в соответствии с учредительными документами принимать решения о заключении крупных сделок.

Суд кассационной инстанции пришёл к выводу о том, что, заключая договор, Предприятие не нарушило Закон о банкротстве. Полномочие собственника унитарного предприятия принимать решение о заключении крупной сделки в соответствии с учредительными документами не означает, что такие сделки должны согласовываться с собственником, как это установлено подпунктом 15 пункта 1 статьи 20 и пунктом 3 статьи 23 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях".

Согласно пункту 1 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, а также собственника имущества должника - унитарного предприятия в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены указанным Законом.

Пунктом 2 той же статьи установлено, что конкурсный управляющий вправе распоряжаться имуществом должника в порядке и на условиях, которые установлены Законом.

Таким образом, ввиду правопреемства в спорном материальном правоотношении суды сделали правильный вывод о наличии оснований для процессуального правопреемства.

(Постановление ФАС С-ЗО от 30.12.2009 по делу № А05-367/05-27, дело № А05-2254/05-27)

 

5. В случае уступки требования должник согласно ст. 412 ГК РФ вправе зачесть против требования нового кредитора свое встречное требование к первоначальному кредитору.

Истец (цессионарий), ссылаясь на полученное от первоначального кредитора  (цессионарий) по договору уступки права требования (цессии) право требования, обратился в арбитражный суд с иском о взыскании с ответчика (должника) стоимости поставленной по договору продукции и  процентов за пользование чужими денежными средствами.

Ответчик предъявил встречный иск о взыскании с истца на основании статьи 412 Гражданского кодекса Российской Федерации задолженности первоначального кредитора перед ответчиком.

Решением суда первой инстанции  первоначальный и встречный иск удовлетворены в полном объёме, в связи с чем произведен зачет.

Кассационной инстанцией решение оставлено без изменения в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу решением суда с ответчика в пользу первоначального кредитора  взыскана задолженность за поставленный товар. Эта задолженность была передана первоначальным кредитором истцу по договору уступки права (цессии). В связи с тем, что должник задолженность не оплатил, истец обратился в суд с иском о ее взыскании.

Встречный иск ответчика основан на том, что  у первоначального кредитора имелась перед ответчиком задолженность, взысканная в его пользу вступившим в законную силу решением суда.

В соответствии со статьей 386 Гражданского кодекса Российской Федерации должник вправе выдвигать против требования нового кредитора возражения, которые он имел против первоначального кредитора к моменту получения уведомления о переходе прав по обязательству к новому кредитору. В случае уступки требования должник согласно статье 412 Гражданского кодекса Российской Федерации вправе зачесть против требования нового кредитора свое встречное требование к первоначальному кредитору. Зачет производится, если требование возникло по основанию, существовавшему к моменту получения должником уведомления об уступке требования, и срок требования наступил до его получения либо этот срок не указан или определен моментом востребования.

Таким образом, может быть зачтено любое денежное требование к первоначальному кредитору, а не только возникшее из одного обязательства. Ограничительное толкование названной статьи Кодекса, согласно которому правомерен зачет лишь требований, возникших из договора, по которому произошла уступка права требования, не основано на законе.

Судами установлено, что требование ответчика возникло до момента получения им уведомления об уступке принадлежавшего первоначальному кредитору требования, а правомерность принадлежащего ответчику требования подтверждена вступившим в законную силу решением арбитражного суда.

Наличие решения арбитражного суда о взыскании задолженности с первоначального кредитора, не препятствует предъявлению встречного иска в рамках предъявленного к нему иска со стороны нового кредитора, поскольку иски – ответчика к первоначальному кредитору и  ответчика  к истцу – не  тождественны.

Защищать свои права иным способом, например, путем заявления о зачете (статья 410 Гражданского кодекса Российской Федерации) ответчик не мог, поскольку по смыслу пункта 1 части 3 статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации после предъявления к должнику иска не допускается прекращение обязательства зачетом встречного однородного требования в соответствии с нормами статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поэтому в данном случае отсутствует повторное взыскание одной и той же суммы, а требование ответчика  о взыскании задолженности с истца правомерно принято арбитражным судом для совместного рассмотрения с иском последнего о взыскании денежной суммы с ответчика.

(Дело № А05-9381/2005-3, Определение ВАС РФ от 20.08.2007 № 9972/07).

 

6. Подсудность рассмотрения спора о взыскании задолженности, переданной истцу на основании договора цессии, определяется с учётом условий договора, на основании которого возникло уступленное требование.

Истец (цессионарий) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к должнику  о взыскании задолженности по договору поставки и пеней, право требования которых передано ему на основании договора цессии.

Определением суда первой инстанции исковое заявление возвращено заявителю в связи с неподсудностью спора Арбитражному суду города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

Апелляционная инстанция отменила определение суда первой инстанции в связи со следующим.

Между ответчиком (поставщик) и первоначальным кредитором (покупатель) заключен договор поставки алкогольной продукции. В соответствии с условиями договора поставщик поставил покупателю продукцию, однако обязательство по оплате продукции после ее получения покупатель не исполнил.

На основании договора цессии первоначальный кредитор (цедент) передал, а  истец (цессионарий) принял права требования от ответчика (должника)  задолженности и пени, вытекающих из договора поставки алкогольной продукции.

Таким образом, первоначальный кредитор (поставщик) выбыл из обязательства, а на его место встал Новый кредитор.

Согласно статье 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода прав.

Поскольку по договору цессии истцу уступлены права, вытекающие из договора поставки, в силу статьи 384 ГК РФ, реализацию этих прав истец вправе осуществлять в том же объеме и на тех же условиях, что и первоначальный кредитор.

Договором поставки предусмотрено, что в случае невозможности разрешения разногласий в процессе переговоров, все споры подлежат рассмотрению в Арбитражном суде Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

Условий, ограничивающих или изменяющих установленную в договоре подсудность, ни законом, ни договором не предусмотрено. Следовательно, перемена лица в уже существующем обязательстве не изменяет право кредитора на рассмотрение спора в соответствии с условиями данного обязательства.

 (Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.10.2009 по делу № А56-62364/2009, Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.05.2005 по делу № А56-12771/2005, Постановление ФАС Московского округа от 06.07.2009 по делу КГ-А40/5717-09, Постановление ФАС Уральского округа от 08.02.2000 по делу № Ф09-63/00-ГК, аналогичная по смыслу позиция высказана в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного  Суда  РФ от 11.08.1998 № 2883/98).

«В целом ряде случаев кассационные инстанции признавали, что условие об избрании определенного суда по правилам ст. 30 АПК РФ 1995 года распространяется и на нового кредитора, приобретшего права в порядке цессии <*>. Однако имеются и иные решения: суды поддерживают позицию, согласно которой соглашение о договорной подсудности не является объектом прав кредитора, переходящих к другому лицу в силу ст. 384 ГК РФ <**>.

--------------------------------

<*> См., напр.: Постановление ФАС Уральского округа от 08.02.2000 N Ф09/00-ГК.

<**> См.: Постановление ФАС Московского округа от 12.10.1998 N КГ-А40/2583.

 

Подсудность, как отмечалось в литературе, - "это круг материально-правовых вопросов индивидуального значения, отнесенных к ведению определенного судебного органа. В отличие от подведомственности, назначение которой состоит в том, чтобы способствовать разграничению компетенции различных органов государства, общественности и др. в области применения норм материального права, подсудность предназначена разграничивать компетенцию в той же области, но между различным судами. <...> Различие между подсудностью и подведомственностью имеет скорее количественный, нежели качественный характер". С учетом этого нет оснований для иного решения относительно судьбы оговорки о подсудности при уступке требования. Новый кредитор по общему правилу должен подчиняться действию этой оговорки.»

 

Новоселова Л. А. Сделки уступки права (требования) в коммерческой практике. Факторинг. М.: Статут, 2003. 494 с.

 

7. Если в договоре цессии не предусмотрено иное, право (требование) на уплату суммы неуплаченных на момент совершения сделки уступки права (требования) процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации переходит к цессионарию вместе с уступленным правом (требованием) в порядке статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Истец (цессионарий) ссылаясь на полученное право требования от первоначального кредитора по договору уступки права требования (цессии), обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании с должника стоимости поставленной по договору продукции и процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 15.01.2003 по 08.02.2006.

Решением суда первой инстанции с ответчика в пользу истца  взыскана задолженность в полном объеме, а также проценты за период с 30.05.2005 по 08.02.2006.

Во взыскании процентов за предыдущий период отказано.

Отказ во взыскании процентов за пользование денежными средствами мотивирован отсутствием у истца права требования уплаты процентов за период, предшествующий заключению договора цессии.

Отменяя решение суда первой инстанции, суд кассационной инстанции указал следующее.

Согласно статье 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, в частности, к новому кредитору переходят связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Из положения данной статьи не следует, что при определении объема перешедшего права (требования) на уплату суммы процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации следует исходить из проведенного судом их разделения на проценты, начисленные, но не уплаченные до момента уступки, и проценты, подлежащие начислению после совершенной уступки.

По смыслу указанной нормы уступка права (требования) задолженности означает, что если иное не определено цедентом и цессионарием, новому кредитору от первоначального кредитора переходит право (требование) на уплату суммы неуплаченных процентов без дополнительного оформления уступки последних. Поэтому если цедентом и цессионарием не предусмотрено иное, право (требование) на уплату суммы неуплаченных на момент совершения сделки уступки права (требования) процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации переходит вместе с уступленным правом (требованием) в порядке статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В данном случае иное не только не предусмотрено, но договор прямо устанавливает, что цессионарию передается право требования процентов за несвоевременную уплату задолженности по поставке. Данных о том, что цедент оставляет себе право требования процентов за период до даты заключения договора, в договоре не имеется.

При таком положении у суда не имелось оснований для отказа во взыскании процентов за период до 29.05.2005.

(Постановление ФАС СЗО от 20.06.2006 по делу № А05-9381/2005-3).

 

8. Перевод долга предполагает переход обязанностей от должника к другому лицу с согласия кредитора, в результате которого происходит перемена лиц в обязательстве при сохранении содержания самого обязательства. При этом новый должник принимает на себя долг первоначального должника в том объеме, в котором этот долг лежал на первоначальном должнике, включая уплату процентов, неустойки и другие санкции.

На основании договора купли-продажи истец (поставщик) передал покупателю товар. В связи с тем, что покупатель полученный товар не оплатил, поставщик обратился в суд с иском о взыскании задолженности и штрафа, предусмотренного договором.

Установив, что в соответствии с договором о переводе долга обязательства покупателя полностью, включая основную сумму долга, принял на себя новый должник (ответчик), однако данные обязательства не исполнил, суд первой инстанции, на основании ст. 309, 330, 391, 486 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворил заявленные требования и взыскал с нового должника основной долг и штраф, начисленный за просрочку исполнения покупателем обязательства по договору купли-продажи.

Новый должник оспорил решение в кассационную инстанцию, сославшись на то, что взыскание суммы штрафа с нового должника в силу ст. 391, 401 Гражданского кодекса Российской Федерации является неправомерным, основан на неправильном толковании норм гражданского законодательства о переводе долга.

Суд кассационной инстанции, оставляя решение суда без изменения, указал следующее.

Из смысла ст. 391, 392 Гражданского кодекса Российской Федерации видно, что перевод долга предполагает переход обязанностей от должника к другому лицу с согласия кредитора, в результате которого происходит перемена лиц в обязательстве при сохранении содержания самого обязательства. При этом новый должник принимает на себя долг первоначального должника в том объеме, в котором этот долг лежал на первоначальном должнике, включая уплату процентов, неустойки и другие санкции.

(Постановление ФАС Уральского округа от 31.08.2006 по делу № Ф09-7566/06-СЗ. Та же позиция содержится в Постановлении ФАС Волго-Вятского округа от 08.12.2008 по делу № 28-7092/2007-196/25).

 

Необходимо отметить, что в судебной практике встречается противоположная позиция, когда суды отказывают во взыскании процентов и неустойки, ссылаясь на то, что данное обязательство не принято новым должником согласно договору.

Однако представляется, что изложенная выше позиция более соответствует смыслу ст. 24 Гражданского кодекса Российской Федерации. Из смысла договора перевода долга следует, что его предметом является конкретная юридическая обязанность, которая входит в содержание обязательственных правоотношений. По своему правовому содержанию перевод долга означает перемену лиц в обязательстве.

В Постановлении Президиума ВАС РФ от 2 декабря 1997 г. № 3798/97 также указано, что, исходя из смысла ст. 391 Гражданского кодекса Российской Федерации, долг переходит к новому должнику в полном объеме, включая обеспечивающую его исполнение неустойку, а также неуплаченные проценты.

 

Судья                                                          Л.Л. Куницына 

Помощник судьи                                         В.В. Селянинова

 

 

arhangelsk.arbitr.ru


Смотрите также